Группа «После 11»: В Москву нас позвала Бабкина

С этим числом у меня большие ситуации получаются. Я учился в 11-й школе, у меня был трамвай до дома номер 11. Все время куда-нибудь еду – поезд с 11-м вагоном и так далее. Преследует нас эта цифра. Сейчас даже смотришь какой-нибудь футбол, там постоянно серьезные игроки с 11-й цифрой. Например, меня радует, когда забьет гол 11-й номер.

Цифра 11 вообще преследует всю группу. Мы на это уже внимания не обращаем. Некоторые факты всплывают уже позже. Я родился в 23:15, то есть после 11. Когда учились с ребятами в консерватории, познакомились, в марте исполнилось 11 лет с тех пор.

Вы вместе уже давно. Почему вас называют начинающими артистами?

Мы работаем с Надеждой Бабкиной в театре 6 лет, с тех пор как приехали в Москву. Просто для большинства людей, которые не связаны с музыкальным миром, которые услышали нас недавно по радио, для них мы начинающие артисты. Песни звучат всего полтора года на радио. Нас это абсолютно не обижает, мы ровно к этому относимся. Мы молодые и будем молодыми.

Обещаем. К нам не упало с неба то, что мы сейчас имеем. Это все плод большого труда. Мы готовы ко всему, чего достигли. Звезд с неба не хватаем, поэтому любому человеку, который хочет пообщаться, мы никогда не откажем, это тоже часть нашей жизни. Настоящая естественность присуща любому музыканту.

Мы всегда настоящие. Нет такого, что мы надеваем маску.

Нет проработанного образа. Мы такие, какие есть. Меняется только то, что дома мы более открытые своим близким, думаем о чем-то таком, что является кухней группы, о чем не хотим говорить. Зачем выносить на публику наш репетиционный процесс, наши споры? Это все наша внутренняя кухня, про которую должны знать только самые приближенные люди, которые участвуют. А продукт – это и есть наша естественность. Мы стараемся быть естественными, и для нас это важно.

Если люди долго в этой ситуации и плавно в нее входят, они не меняются. А если ни с того ни с сего свалилось, вдруг стали суперзвездами, конечно, человека это шокирует, у него все перестраивается. Сколько у меня знакомых в шоу-бизнесе, даже актеров, которые жили нормальной жизнью, тут снялись в 2-3 фильмах, которые принесли им большую удачу – и общение прекратилось. У него свои появились интересы, у меня – свои, и они никак не сталкиваются.

Нам повезло с людьми, которые рядом с нами, с кого мы берем пример. Хорошо общаемся с Владимиром Кристовским. Был случай в жизни, когда было очень тяжело. Мы пришли в ресторан с нашей общей знакомой, приходит к ней Владимир Кристовский. А у нас на двоих было денег только на яичницу. Он здоровается, все сразу понял, и наше знакомство, дружба продолжается, насколько он может себе позволить видеться в силу занятости, общаемся, выступаем вместе, если мы просим, он приходит и помогает, и мы участвуем в их концертах. Даже Надежда Бабкина своим примером показывает, как нужно общаться с людьми.

Все звезды того времени - эталон для общения не только для молодежи, но и для тех, кто ни с того ни с сего возносится, и к ним не подойдешь.

Люди закрываются, становятся зашоренными из-за какой-то ситуации. Человек не закрывается просто так, он закрывается из-за чего-то. Нам повезло, у нас все нормально. Может быть, не так быстро, как хотелось бы. Нас провидение оберегает от нежелательных встреч, все, что происходит вокруг нас, с чем судьба нас ни сталкивала, даже если есть двуликие предложения, мы выходим из них достаточно мягко.

У нас и группа сплоченная, всегда выслушиваем мнение каждого человека. У нас каждый занимает свое место. Каждый имеет свой голос, к нему прислушиваются.

Москва – единственный город для меня в России. в котором возможно жить музыканту. Москва – это центр, и информационный, и финансовый, и творческий.

По энергии Москва нам очень близка. Как Москва нас приняла, так и мы отдаем ей должное.

Москва для всех разная. Если ты проездом, ты кроме заторов, толпы ничего не воспринимаешь. А для нас Москва – это и тихие улицы, и друзья. Большой город для всех такой, какой ты сам. Здесь можно найти все что хочешь. Мы свое нашли и очень этим довольны. Ни в какую западную страну мы не хотим ехать жить. Выступить, побыть там пару месяцев – с удовольствием. Но жить – нет. В Европе меня не устраивают ограничения по звуку.

Принимали хорошо, было приятно посмотреть на людей, все плясали, была хорошая атмосфера. Несколько забавно смотреть, зная, как у нас проходят гуляния, не хватало снега и столбов, по которым залазят. Прекрасный город. Лучше ничего не видел.

В Европе людям все интересно. Кто бы ни приехал – им интересно, они соберутся, будут стоять и смотреть. Если у нас будет гуляние, потихоньку будут собираться. Там, если кто-то идет рядом, точно прилипнет к аудитории и будет до конца слушать.

Сейчас небольшая огласка этого гуляния. А раньше собиралась 80-тысячные оравы…

Нам очень понравился Лондон. Мы все там были в первый раз. На меня он произвел огромное впечатление.

Две недели назад мы были в Париже и тоже были в шоке от этого города. Они такие разные! Другая энергетика. Лондон просто город-музей. В Париже погулять толком не успели.

На Эйфелеву башню мы поднялись.

Вы бы переехали в Москву, если бы вас не позвала Надежда Бабкина?

Когда нас Надежда Бабкина позвала в Москву, мы были уже на чемоданах, собирались переезжать сюда, попробовать как музыканты, примет ли Москва.

Уже было такое состояние, Саратов – крупный город, но там нет достаточного количества клубов. Гитарная музыка не в почете. Город имеет финансы, но именно в молодежную культуру деньги не вкладываются. Своих город не поддерживает, и мы оказались в состоянии застоя, понимали, что если не уедем, то группа развалится.

У нас уже был репертуар, которым зарабатывали деньги. И репертуар, который играли в клубах. Они проходили на ура, нам нравились оба. В Москве мы продолжаем так же.

Мы играем песни, которые я пишу, и наравне песни русские народные в своем видении. Фолк-рок – это очень условно. Мы играем песни, которые сами записали, либо песни такого же плана, которые нам нравятся. Мы доносим их так до нынешней молодежи. Если ты русский человек, ты должен это знать. Ни разу не было, что люди пришли послушать мои песни, и ушли, потому что играем русские народные. Люди воспринимают просто в генетическом восторге. Часто говорят: я почувствовал себя русским человеком! Мы за это боремся, будем играть народную музыку все время.

Всем не угодишь. Надежда Бабкина в нашей жизни играет важную роль. Тут отношение даже не профессиональные, она нам как мама,мы уважаем и поддерживаем ее как родственника. Что касается Театра русской песни – это как наш дом. Мы там работаем, поем песни, которые ближе театру. Люди, которые слушают рок, этого не воспримут. Ничего нет страшного в том, что они называют это попсой. Попса – это популярная музыка. Романтический рок – это другая сторона медали. Это то, что нам хочется делать, что я пишу. Может быть, в этом есть противоречие. Когда-то мы спорили и думали об этом, потом поняли, что ни один из путей бросить не можем. Люди ходят на все наши выступления.

Мы и в те и в те концерты внедряем ту и другую музыку, и люди понимают, что это совмещается. В аудитории могут стоять и молодые ребята, и почтенного возраста.

Бывало, что ночной клуб, выступаем поздно, приходят сразу после саундчека три бабушки, садятся за столик и сидят. Оказалось, пришли на нас.

Больше всего нас забавляет, когда мы выступаем в ДК или концертном зале, там вип-места раздают самым пожилым, а мы начинаем рубить, у нас всегда громко. Они сначала закрывают уши, потом начинают танцевать.

Сложно сказать. Мы видим себя вместе – это точно, это единственное пожелание. А в какую сторону нас поведет музыкальная стилистика – вопрос риторический. Мы всегда очень лояльно относимся к предложениям любых музыкантов, если их музыка интересная, мы с удовольствием участвуем. Мы пели со многими группами. Даже участвовали в конкурсе «СТС зажигает суперзвезду». Нас попросили сделать мужской бэнд, пели песню Насти Стоцкой. Потом пересеклись с ней на гастролях, спели наш вариант, ей понравилось. Мы всегда за совместное творчество и эксперименты.

На этот вопрос никто не сможет ответить, даже обыватель.

Мы профессиональные музыканты, только этим на жизнь зарабатываем. Все люди взрослые. Взрослость – это ответственность за близких. Хотелось бы доносить до максимального числа людей нашу музыку, чтобы она была узнаваема и понимаема, и мы могли существовать.

Через 10 лет я мог бы пожелать, чтобы в нашей группе хотя бы столько энергии и вдохновения оставалось, как сейчас.

Мы не отличаемся от большинства коллективов – только концерты, клубы, корпоративы. Заработать продажей альбома практически невозможно с появлением Интернета. Если что-то изменится по поводу авторских прав, я буду очень рад. Поэтому наша материальная составляющая – это концерты.

У нас группа, не ансамбль, который набирали. У нас по большому счету каждый друг о друге заботится. У нас есть общие деньги, которые мы в определенное русло направляем, мы даже если кому-то будет плохо, поможем.

Изначально мы сложились как друзья, потом обросли еще слоем друзей. Мы такая мужская ячейка общества. У нас есть правила. Общий котел. Если кому-то тяжело, всегда идет помощь. Мы его направляем как на написание песен, так и на бытовые неожиданности. Мы большой толстый веник, который не собирается развязываться.

Бывает настроение хулиганское, хочется пошутить, позамечать, начинаешь общаться с человеком, люди отвечают тем же, если видят, что человек открытый.

У меня семья и ребенок маленький, я не знакомлюсь.

Наверное, такая ситуация, что сейчас много всего можно, люди знакомятся не с девушками, а с парнями. Мир меняется, не всегда к лучшему. Если мир так меняется, будь смелее и подходи, если тебе нравится парень. Если девушка подходит – всегда нужно выслушать, что она хочет от тебя. Мир меняется, так что если очень хочется, то можно.

Мы учились на кафедре народного пения и фольклора. Госпрограмма заключалась в том, что каждый дипломник должен поставить 30-минутный концерт из песен, которые написаны им, сделать аранжировки для хора и с ним выучить. Давалось полгода, и это очень сложно.

Я хотел быть милиционером.

Я хотел быть космонавтом, как все, но пришлось музыкантом стать.

Тоже вопрос риторический. Есть мечты, которые пускай остаются мечтами, а есть вещи, которые должны воплощаться в жизнь. Я рад, что я не стал милиционером. И что Коля не космонавт.

Параллельно хотелось быть мальчиком, который поет.

Я сколько себя помню, я уже в детском саду пел, давал концерты для домашних.

У меня то же самое было. Папа играет на гармошке, а я пляшу и пою.

Мы вообще любим играть концерты. Если предложение серьезное, нужно к нему серьезно подходить. Идея нравится, поэтому если вам интересно, можно связаться и поговорить об этом концерте. Если мы понимаем, что подходит Пасха, просто в свой концерт вставляем пасхальную песню, она у нас есть, и поем больше народных песен, которые лежат рядом.

Нам всегда интересны все концерты. Много чего хотим.

Мир меняется. Если хочешь работать в нем, существовать, нужно принимать как должное новые изменения. Интернет – часть нашей жизни, для нас прежде всего информация. Здорово, что есть Интернет, мы этим пользуемся. Мы есть и ВКонтакте, и в Одноклассниках, если хочется что-то спросить, мы ответим и там и там. Наш сайт был перегружен вирусами, находится в переработке.

Будущее за Интернетом. Будущее за человеком, а все, что прилегает…

Главное, чтобы будущее состоялось.

Завтра у нас концерт, посвященный юбилею Надежды Бабкиной, мы готовим ей альбом-сюрприз, в который входят песни из разряда попсы. Накопился материал, люди, которые хотят это послушать, должны это видеть. Что касается моей музыки, началась работа над еще одним альбомом, он будет примерно такой же по стилистике. Это будет так, как мы видим это на сегодняшний момент. Это гитарная музыка, смысловые песни, энергичные. Нашу музыку любой не перепутает с другой группой.

Что бы вы пожелали нашим читателям в завершение конференции?

Когда смотришь передачу, ты чего-то ждешь. Желаю получить желаемое, не разочароваться, берегите себя и близких.

Если у нас каждый день будет больше энергии, мы постараемся дать ее вам. Приходите к нам на концерт, будем знакомиться ближе.